Электронным лампам был последний шаг на ходу падения числа частей, и они его сделали. Посмотрим, сколько деталей в ее конкуренте – транзисторе? А это смотря в каком. В случае, если транзистор кажется частью микросхемы, то деталей в нем нет ни одной – так же как нет отдельных частей во всей микросхеме. Роль проводников выполняют напыленные пленки металлов, роль изоляторов – пленки окислов. Однако этим путем можно сделать и лампу. Первая попытка поставить лампу с ограниченным числом деталей с помощью напыления проводящих пленок основывалась на конструкции штабельной лампы. Пленки, исполнявшие роль электродов, напылялись на керамические пластины. Тем не менее в свете еще были особые детали, хотя важный шаг по пути спасения от них находился сделан.

Следующий вариант находился уже чисто пленочный. Электроны летели с пленки-катода на пленку-анод над пленкой-сеткой. Однако наиболее полезной была одна «смесь» штабельной лампы и планарной. Анодная пленка нанесена на одну керамическую пластину, а катодная и сеточная на другую. Такие лампочки были созданы в 1977 году в Лос-Аламосской лаборатории. Они способны действовать свыше 10 000 часов при температуре 500 по Цельсию и могут размещаться на подложках с плотностью 30 штук на квадратном миллиметре. Наиболее сильной задачей этих свет есть отбор фактов – при таких температурах керамика начинает понемногу взаимодействовать с металлами, да и сопротивление у керамики уже несколько уменьшается.

Пленочная методика была успешно применена и в мощных лампах. А именно: было возможным не делать сетку отдельно, а наносить на катод изолирующие полосочки, а на них – проводящие полоски, выполняющие роль сетки. Зазор катод-сетка в этом эпизоде получается малым (что повышает крутизну лампы) и стабильным. Так пленочная технология, которая взяла большое распространение благодаря развитию полупроводниковой техники, способствовала развитию параметров электронных ламп.

Однако, тем не менее, тягаться с транзисторами в области малых мощностей нувисторы не смогли, а остальные варианты не стали массовыми. Можно, естественно, пофантазировать насчет Пентиума на лампах, однако – жизнь уходила иначе. Впрочем, мне кажется, что ничего особо опасного не произошло бы – дальше были созданы холодные катоды, лампы смогли действовать бы без нагрева, пленочная технология позволила бы получить размеры в десятки микрон. Ну и был бы процессор размером с пакет молока… Между другим, переход с ламп на транзисторы повлиял на стиль создания проектов схем – лампы могли совершать глубокие изменения сигнала, на которые транзисторы, которые кажутся с точки зрения ламп «всего лишь» триодами, не способны. Тяжелые работы пришлось выполнять за счет китайской программы. Очевидно, это стимулировало развитие цифровой техники.

Третий этап, по которому может выйти техника – гибридизация приборов и решений. Скрестить электровакуумный прибор с полупроводниковым можно, в принципе, несколькими путями, и некоторые из них истины реализованы. Можно привести электронный пучок в вакууме «электровакуумными» методами, однако бомбардировать им не анод, а полупроводник, вводя в него носители заряда. Так как энергия электронного пучка может существовать слишком велика, то носителей заряда в полупроводнике на каждый падающий электрон образуются тысячи. Другой вариант гибридного прибора – это вакуумный полевой триод. Он похож на полевой транзистор, только затвор отделен не твердым диэлектриком, а вакуумом. Между другим, газоразрядный прибор тоже можно «скрестить» с вакуумным, и тоже несколькими путями.